В редакцию газеты пришло письмо от краеведа Тихона Чуликова. Вот, что он пишет:

- Краеведение до некоторых пор я не считал наукой — его не изучали в школах, институтах и университетах. Представлялось оно мне чем-то музейно-школьным и каким-то «революционно-патриотическим» направлением в воспитательной работе с подрастающим поколением». Но теперь расширяется всенародное движение в защиту родной истории, природы и человека.

Вот почему все это заставило меня взглянуть на краеведение другими глазами, обратиться к его истокам, к архивам, к старым книгам, журналам и газетам. Так почти сорок лет назад я стал именовать себя краеведом, хотя ещё со школьной скамьи собирал краеведческие материалы.

Тихон Чуликов

 

В результате я пришёл к печальному выводу, что, разрушая родную природу и забывая подлинную свою историю, мы разрушаем сами себя. Разрушаем и физически, и нравственно, но прежде всего — духовно.
По этому поводу в своё время гитлеровский министр культуры Розенберг писал, что если лишить народ памятников истории и культуры, то в третьем поколении народ этот погибнет как нация. Он не успел осуществить задуманное, но зато преуспели другие, лишившие нас не только памятников истории.

Краеведов — бескорыстных, энтузиастов склонны были считать едва ли не чудаками. Но только недавно стали узнавать, кто виноват в печальном состоянии краеведения. Да, к скорбному роду наук, в свое время неугодных и гонимых (генетика, кибернетика), следует добавить и скромное краеведение. Только поставить его не в конец, а в начало ряда, ибо краеведы были ошельмованы и сосланы ещё в начале 30-х годов XX столетия. То, что теперь мы символизируем «1937 годом», наступило для них уже тогда.

Термин «Краеведение» появилось не так давно — словарь Даля и энциклопедия Брокгауза и Ефрона ещё не зафиксировали его. Но краеведение в России существует не первый век, родившись одновременно с появлением профессиональных учёных-исследователей. Комплексные академические экспедиции XVIII столетия, в которые входили географы, историки, биологи и другие, были настоящими краеведческими экспедициями. В конце XIX века и начале XX века успешно действовали учёные Русского географического общества и губернские учёные архивных комиссий.

В Тульской губернии были известны в этом плане такие имена: И. П. Сахаров, И. Ф. Афремов, П. И. Малицкий, Н. И. Троицкий, А. И. Миловидов, В. В. Розен, Д. Г. Гедеонов, Д. В. Похвиснев. Два последних ещё являлись уроженцами Веневского края и писали его историю.

Вместе с XX веком входили на русскую землю и новая техника, и новая технология, и новые социальные проблемы. И трудолюбивые краеведы настойчиво старались зафиксировать то, что составляло гордость и своеобразие края, что помогло бы впоследствии потомкам не быть Иванами, родства не помнящими. И тем самым помочь родному краю занять достойное место в новой жизни.

Таких краеведов на тульской земле, в том числе и веневской, было немало. Стоит их назвать. Это А. П. Рудаков, А. М. Рассаднев, В. Н. Ашурков, В. И. Крутиков, В.В. Пеньков, С. М. Стекунов, Г. П. Присенко, Е. Л. Горбунов, С. Д. Ошевский, Т. Е. Петраченко, Желябов, Шаталов — веневские краеведы 20-30 годов XX века. Ещё веневцы — М. Г. Бороздинский, Ю. И. Леонардова, В. Н. Любомудров, В. С. Крючков, Т. Г. Чуликов, Е. Е. Киреевская, Т. Н. Рачковская, В. Ю. Ильин.

Краеведы стали организаторами множества музеев, способствовали собиранию архивов, памятников культуры. Период 1917-1927 годов был поистине «золотым десятилетием» краеведения.

Василий Любомудров
(Художник Н. А. Лунев)

 

В Тульской губернии, к примеру, издавался журнал «Тульский край», в котором было много напечатано интересных материалов и по истории веневской земли.

Разгром краеведения привел к тому, что была уничтожена связь между «большой наукой» и подпитывающей её основой. Многие учёные были ошельмованы и сосланы. Прекратилась практика издания краеведческих трудов.

Были прерваны народные памятниковохранительные традиции. Краеведов в свое время даже включали в состав губпланов, а краеведческие конференции и заседания были заметными явлениями в общественной жизни.

Общественное мнение прислушивалось к голосу краеведа. В более поздние годы подсказки краеведов оказались ненужными.

Без любви к малой родине, к её памятникам и природе невозможно почитание и Родины большой. Если сам, на опыте родных и собственном, убедился, что на этой земле ради твоего будущего кто-то пролил пот и кровь, ты не посмеешь кощунствовать и рушить памятники (заметьте, что массовое разрушение храмов совпало по времени с преследованием краеведов).

Недаром краеведение называли родиноведением, отчизноведением. Вот почему одно из действенных средств спасения природы, памятников старины видится в поднятии краеведения, службы памяти.

Да, у нас должна быть служба того, что мы не можем забыть. Здесь государственным архивным и музейным учреждениям, библиотекам должны оказывать всемерную помощь энтузиасты. Собирать сведения о событиях и людях, фиксировать средствами печати и фотографии, а также описаниями все мало-мальски ценное, нестандартное, традиционное, дома, улицы, города, посёлки, села и деревни, ландшафты и, конечно, сведения о людях, их личных архивов.

Небытие есть небытие — оттуда ничего не вернёшь. Причём говорить надо не только о службе памяти, но и о реконструкции памяти. Это уже нечто иное: поиск исторической истины, проверка и уточнение данных о прошлом. Иногда мы повторяем не проверенные «исторические слухи». А надо, чтобы наша память была свободна от вредных примесей. По сути дела, это вопрос честности в науке. Сплетня не должна утверждаться ни в окружающей нас жизни, ни в истории, точнее, в её воспроизведении.

Этим «грешил» в своих изданиях В. И. Уклеин «закрепив» за Веневским краем Д. В. Давыдова — известного поэта и партизана Отечественной войны 1812 года. Неувязка получается у В. Н. Шавырина по поводу гибели в декабре 1941 года уроженца Веневского уезда И. П. Иванова. Неизвестно на основании каких данных он искажает подлинный факт.

Непременно следует помнить и о том, что нужно хранить память о самих краеведах, называть их именами музеи, издавать о них книги, буклеты. Помнить, кому мы обязаны сохранением исторической памяти. Отрадно, что наш краеведческий музей сохраняет память о М. Г. Бороздинском, но он заслуживает ещё большей памяти.

Михаил Бороздинский

 

Краеведение — это всегда ещё и краелюбие. Краеведы хотят познать прошлое, чтобы современники его не только ценили и уважали, но и использовали в сегодняшней жизни.

И они не ограничиваются напоминанием лишь о тех, кто украшен наградами или был ранее уже широко известен. Они выискивают имена, скажем, мастеров на все руки, любимых школьных учителей, местных литераторов. Такие люди — носители доброго начала в истории. Но надо напоминать и о зле, о страданиях.

Развивающееся в настоящее время краеведческое движение делает большие шаги к культуре человека, к его осознанию себя не только личностью, но и звеном в цепочке поколений: человек, который живёт и не знает свое прошлое, напоминает дерево, которое вроде бы цветёт, и имеет листья, но к сожалению, не имеет корней, и не на что ему опереться, не на чем держаться.

У многих стал сейчас проявляться особый интерес к развитию краеведения. Уже созданы клубы и объединения во многих местах.

Владимир Ильин

 

Появился и работал клуб краеведов и в нашем древнем городе Веневе под председательством В. Ю. Ильина. В результате работы такого клуба стали тогда проявлять особую активность сотрудники краеведческого музея Н. С. Пешехонов, С. П. Сунка, И. И. Чулан, краевед Т. Г. Чуликов. Они часто выступали с сообщениями на заседаниях клуба. Теперь эта традиция продолжается под руководством Д. А. Махеля. Не правда ли, это уже сила, плацдарм для того, чтобы краеведение отвоевало для себя более заметное место в обществе, чем это ему было позволено ранее.

Одно из заседаний клуба краеведов «Веневский уезд»

 

Наша задача — помочь обрести конкретную форму (в именах, событиях, датах, так сказать привязка к местности) историческим и экологическим представлениям. И, конечно, прежде всего о новом и новейшем времени — ещё недавно эти представления были искаженными или перегружены, а о скольких людях и событиях память вытравляли?!

Возрождение краеведения, а точнее тяга к нему — показатель демократизации нашей жизни, нашего мышления и деятельности, поощрения местной инициативы, стремление к конкретным делам, на конкретном участке жизни, участке земли, и чтобы это движение обрело более научную основу.

 

Тихон Чуликов, краевед
Фото: veneva.ru, архив Веневского краеведческого музея